Во имя Отца и Сына и Святого Духа! Нынешний воскресный день посвящен памяти святых отцов ...
Бодрствуйте, стойте в вере, будьте мужественны, тверды.Все у вас да будет с любовью (1 ...
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа. 27 сентября православные христиане празднуют Воздвижение Креста ...

Слово о воспитании

28.08.13

Послезавтра – первое сентября. В этот день особенно уместно еще раз вернуться к одной из важнейших для нас тем, поговорить о воспитании детей. Вернее о том, как видится главная задача воспитания глазами православного. И начать этот разговор хочу вопросом: “Что для тебя важнее - жить лучше или быть лучше”? Этот вопрос стоит время от времени задавать себе, особенно в тех ситуациях, когда принимаешь важное решение или сталкиваешься с какими-то серьезными ситуациями, сулящими большие перемены. 

Жить лучше или быть лучше? Впрочем, одно не обязательно исключает другое, но все равно, что-то из этого важнее для одних, что-то - для других.

Не сомневаюсь, что только второе - достойно настоящего человека. Выбирая его, мы, кстати, возможно получим и первое. Не обязательно, конечно, но возможно. А если и не получим, все равно проживем жизнь не зря. Выбирая же первое - потеряем все. Обязательно. Вспомним историю царя Соломона.

В Гаваоне Соломону ночью во сне явился Господь Бог и сказал: "Проси, что дать тебе". И Соломон ответил: "….Прошу Тебя, дай мне разум, чтобы править и судить народ Твой, и различать, что добро, а что зло....И сказал ему Бог: "Ты не просил себе долгой жизни, ты не просил себе богатства или смерти врагов твоих, а просил себе разума, чтобы судить и принимать правильные решения. Поэтому Я сделаю то, о чём ты просил. Я даю тебе мудрость и разум: подобного тебе никогда не бывало прежде тебя, и после тебя никогда не будет. Я даю тебе и то, чего ты не просил. Всю твою жизнь у тебя будет богатство и слава. И не будет в мире другого царя, такого великого, как ты...

Не надо думать, что этот вопрос Господь задал только Соломону. Он ставится перед каждым из нас, верующим и неверующим. У неверующих он звучит в такой форме: "Чего ты хочешь от жизни? К чему стремишься? О чем мечтаешь?" У верующих несколько иначе: "Чего ты просишь у Бога? К чему стремишься? Чего жаждешь". И тот ответ, который Господь хотел бы от нас услышать, Он не скрывает, Он Сам нам его подсказывает: " Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся". Иногда эту заповедь понимают не совсем правильно. Под жаждой правды подразумевают "правдоискательство". "Жаждущими правды" представляются те, кто требует от себя и от других справедливости, честности, кто "режет правду" в глаза каждому, невзирая на лица, готов за нее пострадать и пр. Все это, конечно, тоже заслуживает уважения, но мне думается, что здесь Христос говорит не о правдоискательстве, а о праведности. Имеется в виду жажда быть как можно лучше, совершеннее. Речь идет о тех, кто не просто хочет, а именно жаждет. Ведь жажда - это не просто желание, а главное желание. Хотеть можно по разному. "Будет - хорошо, не будет - обойдусь..." Жажда - это другое, это : "Не будет - умру".

Это же можно сказать и о том, чего мы желаем детям. Желаем ли, чтобы им было лучше, или чтобы они были лучше. Боюсь, что большинство родитетелей осознанно или неосознанно желают детям первого. Об этом, во всяком случае, говорит мой многолетний опыт работы в школе. Не то, чтобы этим родителям было все равно, какие люди получатся из их детей. Об этом большинство тоже думает. Но вот то, как они устроятся в жизни, беспокоит гораздо больше. Как же горько расплачиваются потом они за эту ошибку. Ведь нравственная ущербность, выражающаяся прежде всего в эгоизме и неблагодарности, ударяет прежде всего по родителям. Поэтому приступающему к самому высокому на свете делу - воспитанию, необходимо ясно и четко для себя решить, чего я хочу для ребенка: чтобы ему было хорошо или чтобы он был хорошим. 

Все это может быть звучит слишком отвлеченно, обще, но конкретные ситуации возникают на каждом шагу. Так вспоминаю свое детство. Мне восемь лет. Едем в автобусе с моим одноклассником и его мамой. Сидим. Входит пожилая женщина. Я делаю попытку встать и уступить ей место, но мама приятеля останавливает: "Сиди! Нам далеко ехать". Подчиняюсь. Тут женщина на соседнем сидении подзывает меня и шепчет на ухо: "Вот ты хотел уступить место, а та тетенька тебе не велела. А ты все-таки лучше уступи". Так и делаю, встаю, уступаю. Мама приятеля недовольно качает головой, но не спорит. Вот два разных совершенно подхода к воспитанию. Пример банальный, но очень типичный.

Но если я все-таки понимаю все правильно, если я более всего и стремлюсь к тому, чтобы дети мои, вырастая, становились как можно лучше, это вовсе не означает, что цель будет достигнута. А сами- то дети хотят этого?

Пока ребенок еще не стал взрослым, пока вся его жизнь целиком зависит от старших, от этих самых старших, родителей, учителей, воспитателей, зависит, в каком направлении будет совершаться рост. Но рано или поздно жизнь ребенка должна стать самостоятельной,  и родителям и воспитателям приходится отойти в сторону. Хотим мы или не хотим, чтобы он совершенствовался, уже не так будет важно, как то, хочет ли или нет этого он сам. Если это желание нам удастся в его сердце вложить - это будет самой большой педагогической удачей.

Воспитание человека продолжается всю жизнь, но с какого-то момента оно становится самовоспитанием. Или же не становится. Разве мало людей, которые ни о каком самовоспитании и не помышляют. Плывут по течению. И приплывут ..., понятно, куда. Поэтому для себя я определяю одной из важнейших задач воспитания - быть "предтечей" самовоспитания. До поры до времени, повторю, я с помощью Божией работаю над тем, чтобы мой ребенок становился лучше. Но постепенно, по мере взросления, к этой работе должен подключаться он сам. И чем дальше, тем в большей степени. С тем, чтобы в какой- то момент целиком взять это дело в свои руки. Если с этим мы согласны, то можно переходить к следующим вопросам.

Первый: что это значит - быть лучше. Ведь любое движение должно иметь конкретную и ясную цель. Движение к духовному и нравственному совершенству не может быть успешным, если мы не видим перед собой идеал, ту "вершину", на которую стремимся взойти. Без этого нет настоящего ни воспитания ни самовоспитания. Идеал может быть воображаемый или реальный. Все мы знаем, кто был идеалом для нескольких поколений юных и не юных ленинцев в нашей стране не так уж и давно. Если мы - христиане, нет нужды задаваться вопросом, Кто должен быть идеалом для нас и наших детей. И наш путь восхождения - не восхождение к какому-то абстрактному добру, воспринимаемому как некая сумма положительных качеств, а движение к Тому, Кто есть Путь и Истина и Жизнь. Поставить на этот путь наших детей, помогать им идти сначала с нами вместе таким образом, чтобы они захотели и смогли идти этим путем и без нас - вот главная задача христианского воспитания.